• ff1
  • ff2
  • ff3

Обзор судебной практики по уголовным делам президиума Нижегородского областного суда за IV квартал 2015 года

Утвержден

Президиумом Нижегородского областного суда

«___» ________________ 2016 г.

 

 

ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

ПРЕЗИДИУМА НИЖЕГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ЗА ЧЕТВЕРТЫЙ КВАРТАЛ 2015 ГОДА

 

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

 

1. Обеспечивая конституционное право каждого на рассмотрение его дела справедливым судом (ч.1 ст.46 Конституции РФ), Уголовно-процессуальный кодекс РФ устанавливает в части 2 статьи 61, что судья, прокурор не могут участвовать в производстве по уголовному делу в случаях, когда имеются обстоятельства, дающие основание полагать, что они лично, прямо или косвенно заинтересованы в исходе уголовного дела.

 

Заявитель О. обратился в Саровский городской суд Нижегородской области с жалобой на постановление прокурора ЗАТО г.Саров Нижегородской области К. об отказе в удовлетворении жалобы от 17 ноября 2014 года.

Постановлением судьи Саровского городского суда Нижегородской области от 29 декабря 2014 года жалоба О. оставлена без удовлетворения.

Апелляционным постановлением судьи Нижегородского областного суда от 8 июня 2015 года указанное судебное решение оставлено без изменения.

Постановленные в отношении заявителя судебные решения президиум отменил, мотивировав свое решение следующим.

Согласно материалам судебно-контрольного производства, жалоба О. на постановление прокурора ЗАТО г.Саров Нижегородской области К. об отказе в удовлетворении жалобы от 17 ноября 2014 года постановлением от 11 декабря 2014 года принята к производству судьей Саровского городского суда Нижегородской области Н.

Вместе с тем, приговором Дивеевского районного суда Нижегородской области от 2 сентября 2014 года О. осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч.2 ст.297, ч.1 ст.296 УК РФ, а именно, за неуважение к суду, выразившееся в оскорблении судьи Саровского городского суда Нижегородской области Н., участвующего в отправлении правосудия, а также за угрозу убийством в отношении судьи Н., участвующего в отправлении правосудия, в связи с рассмотрением дел в суде. Приговор вступил в законную силу 10 ноября 2014 года.

Таким образом, указанные обстоятельства могли повлиять на объективность и беспристрастность судьи Н., в том числе на законность и обоснованность принятого им решения, что в силу ч.2 ст.61 УПК РФ исключало его участие в рассмотрении жалобы О.

Допущенное нарушение уголовно-процессуального закона, выразившееся в участии судьи Н. при рассмотрении жалобы О., являлось существенным и повлекло отмену постановления судьи Саровского городского суда Нижегородской области от 29 декабря 2014 года и апелляционного постановления судьи Нижегородского областного суда от 8 июня 2015 года с направлением материала судебно-контрольного производства в отношении О. на новое судебное рассмотрение в Саровский городской суд Нижегородской области.

 

Постановление президиума от 7 октября 2015 года.

Дело № 44к-у-88/15

 

2. Согласно подпункту 6 Порядка расчета вознаграждения адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, в зависимости от сложности уголовного дела, утвержденного приказом Минюста России №174, Минфина России №122н от 5 сентября 2012 года, размер вознаграждения адвоката по уголовным делам, может быть увеличен на основании мотивированного постановления (определения) органа дознания, органа предварительного следствия или суда с учетом степени тяжести вменяемого преступления, количества подозреваемых, обвиняемых (подсудимых), объема материалов дела, необходимости выезда адвоката в процессе ведения дела в другой населенный пункт и совершения преступления отдельными категориями граждан.

 

Постановлением Сормовского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 26 марта 2014 года о назначении судебного заседания по уголовному делу в отношении С. и Ш. последнему назначен защитник из Адвокатской конторы №34 г. Н. Новгорода (т.14, л.д.1).

Согласно п.5 ч.2 ст.131 УПК РФ, суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам.

В силу ч.4 ст.131 УПК РФ, порядок и размеры возмещения процессуальных издержек устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Как видно из обжалуемого постановления от 18 мая 2015 года, при определении размера вознаграждения адвоката П. за один день участия в уголовном судопроизводстве суд сослался на п.23 Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением гражданского дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 1 декабря 2012 года №1240, а также подп. 4 (3, 2) п.5 Порядка расчета вознаграждения адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, в зависимости от сложности уголовного дела, утвержденного приказом Минюста России №174, Минфина России №122н от 5 сентября 2012 года (далее – Порядок расчета).

Приведенное судом обоснование размера вознаграждения адвоката П. со ссылкой на положения подзаконных нормативных актов без конкретизации тех обстоятельств, которые непосредственно учитывались при принятии данного решения разнородных критериев, предусмотренных названными правовыми актами с целью дифференциации размера вознаграждения защитника, не позволяет определить, какими именно нормативами сложности уголовного дела руководствовался суд.

Вместе с тем, указанные судом нормы не дают оснований для вывода о необходимости расчета вознаграждения адвоката П. исходя из суммы 1200 рублей за один день участия.

Согласно подп.1 п.5 Порядка расчета, размер вознаграждения адвоката за один день участия составляет 1200 рублей лишь в случае участия его в качестве защитника по уголовным делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации, судом с участием присяжных заседателей, а также по делам, отнесенным к подсудности Верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа и окружного (флотского) военного суда (ст.31 УПК РФ).

Уголовное дело в отношении Ш. и С. рассмотрено Сормовским районным судом г. Нижнего Новгорода Нижегородской области, в связи с чем основания для использования вышеприведенных критериев для определения размера вознаграждения адвоката за один день участия отсутствовали.

Принимая во внимание, что обвинение Ш. предъявлено по трем инкриминируемым преступлениям, а объем материалов уголовного дела в отношении Ш. и С. составляет более 3 томов, размер вознаграждения адвоката П., участвовавшей в деле в качестве защитника Ш., должен был исчисляться из расчета 980 рублей за один день участия, согласно подп.2 п.5 Порядка расчета.

Пунктом 6 Порядка расчета предусмотрена возможность увеличения размера вознаграждения адвоката на 220 рублей за один день участия на основании мотивированного постановления суда с учетом степени тяжести вменяемого преступления, количества подозреваемых, обвиняемых (подсудимых), объема материалов дела, необходимости выезда адвоката в процессе ведения дела в другой населенный пункт и совершения преступления отдельными категориями граждан.

По смыслу данной нормы такое увеличение размера вознаграждения допускается при наличии обстоятельств, существенно выделяющих конкретное уголовное дело с точки зрения его повышенной сложности, а также процедуры его рассмотрения в сравнении с теми обстоятельствами, которые предусмотрены подп.2 п.5 Порядка расчета и сами по себе определяют увеличенный до 980 рублей размер вознаграждения адвоката по назначению за один день участия. В любом случае наличие подобных обстоятельств в силу п.4 ст.7 УПК РФ необходимо надлежащим образом мотивировать в решении суда, рассматривающего заявление адвоката о выплате ему вознаграждения за участие в уголовном судопроизводстве по назначению.

В нарушение изложенных нормативных требований постановление Сормовского районного суда г. Нижнего Новгорода Нижегородской области от 18 мая 2015 года не содержит мотивов, обусловливающих увеличение размера вознаграждения адвокату П. с 980 рублей до 1200 рублей за каждый день участия в рассмотрении уголовного дела.

Кроме того, согласно протоколу судебного заседания, ходатайство о приобщении к материалам уголовного дела заявления о выплате вознаграждения  было заявлено адвокатом П. 29 апреля 2015 года. Однако само заявление, приобщенное к материалам дела, датировано 14 мая 2015 года (т.14 л.д. 208). Из содержания заявления адвоката также видно, что оно содержит просьбу о выплате вознаграждения за 22 дня участия в рассмотрении уголовного дела, включая 14 мая 2015 года. Помимо этого, заявление содержит приписку о необходимости выплаты вознаграждения за участие в судебном заседании 18 мая 2015 года, то есть в день, когда оно еще не проводилось, и фактически являющийся 23-м днем участия адвоката в процессе.

Таким образом, в материалах уголовного дела имеются документы, содержащие взаимоисключающие сведения и свидетельствующие вследствие этого о наличии неустранимых сомнений по вопросам о дате обращения адвоката П. с заявлением о выплате вознаграждения, количестве дней ее участия в судебном заседании по делу и размере денежной суммы, которая, по мнению адвоката, подлежит выплате в качестве вознаграждения за участие в уголовном процессе. При указанных обстоятельствах не представляется возможным определить, в какую дату и какого рода требование заявлялось адвокатом в рамках ходатайства о выплате вознаграждения, и, следовательно, – заключить о правосудности судебного акта, постановленного по результатам рассмотрения данного требования.

Вышеописанные нарушения уголовно-процессуального закона признаны президиумом существенными, повлиявшими на исход разрешения заявления адвоката П., участвовавшей в рассмотрении уголовного дела в качестве защитника Ш., о выплате вознаграждения.

В этой связи, учитывая, что к моменту кассационного производства бюджет перед защитником финансовые обязательства по оспариваемому решению исполнил, постановление Сормовского районного суда г. Нижнего Новгорода Нижегородской области от 18 мая 2015 года в части решения о взыскании процессуальных издержек с осужденного в порядке регресса отменено, дело в этой части передано на новое рассмотрение.

 

Постановление президиума от 7 октября 2015 года

Дело № 44к-у-93/15

 

 

3. В соответствии с п.11 ч.1 ст.299 УПК РФ, при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает вопрос о дальнейшей судьбе имущества, на которое наложен арест для обеспечения целей компенсации ущерба по гражданскому иску или возможной конфискации.

 

Приговором Советского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 11 ноября 2013 года М. признан виновным и осужден за незаконное изготовление и хранение психотропных веществ, в крупном размере.

Президиум отменил указанный выше приговор в части конфискации изъятых у М. денежных средств в сумме 11250 рублей, мотивировав свое решение следующим.

По смыслу ст.ст.46-52, 118, 120, 123 Конституции Российской Федерации и ст.ст.6, 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, суд как орган правосудия призван обеспечивать в судебном разбирательстве соблюдение требований, необходимых для вынесения правосудного, то есть законного, обоснованного и справедливого решения по делу, и принимать меры к устранению препятствующих этому обстоятельств.

В соответствии с п.11 ч.1 ст.299 УПК РФ, при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает вопрос о дальнейшей судьбе имущества, на которое наложен арест для обеспечения целей компенсации ущерба по гражданскому иску или возможной конфискации.

При этом изложенные в приговоре выводы суда должны быть надлежащим образом мотивированы (ч.4 ст.7 УПК РФ).

Как усматривается из материалов уголовного дела, после задержания, при личном досмотре М. у него были изъяты денежные средства в сумме 11250 рублей.

Указанные денежные средства были признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу.

Постановлением судьи Советского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 18 июня 2013 года на денежные средства в сумме 11250 рублей наложен арест.

Приговором суда, изъятые при личном досмотре М., денежные средства обращены в доход государства.

Между тем, суд, фактически конфисковав указанные денежные средства, не учёл положения ч.3 ст.81 УПК РФ и ч.1 ст.104.1 УК РФ, согласно которым подлежат обращению в доход государства лишь деньги, ценности и иное имущество, полученное в результате совершения преступлений.

При этом в соответствии с п.4.1 ч.3 ст.81 УПК РФ конфискация распространяется лишь на денежные средства, указанные в п.п. «а,в» ч.1 ст.104.1 УК РФ.

Фактически конфисковав у М. денежные средства по основаниям, предусмотренным ст.81 УПК РФ, суд в описательно-мотивировочной части приговора в нарушение требований п.4.1 ч.1 ст.307 УПК РФ не привёл доказательств, на которых основаны его выводы о том, что конфискованное имущество получено в результате совершения преступления или является доходом от реализации этого имущества.

В связи с допущенным судом первой инстанции нарушением уголовно-процессуального закона, приговор суда в части обращения взыскания на изъятые у М. денежные средства в сумме 11250 рублей президиумом отменен, дело в этой части направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда в порядке, предусмотренном ст.ст.396, 397 УПК РФ.

Постановление президиума от 18 ноября 2015 года

Дело № 44- ку-115/15

 

4. Согласно ч. 3 ст. 240 УПК РФ приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

 

Приговором Балахнинского городского суда Нижегородской области от 14 июня 2013 года Б. признан виновным в содержании притона для потребления наркотических средств; покушении на незаконный сбыт наркотических средств при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

Приговор в отношении Б. президиум отменил, мотивировав свое решение следующим.

По смыслу закона и в силу ст. 240 УПК РФ, приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании. С учетом указанного требования суд не вправе ссылаться в подтверждение своих выводов на собранные по делу доказательства, если они не исследовались судом и не нашли отражения в протоколе судебного заседания. Ссылка в приговоре на показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, данные при производстве предварительного расследования или ином судебном заседании, допустима только при оглашении судом этих показаний в порядке, предусмотренном ст.ст. 276, 281 УПК РФ. При этом следует иметь ввиду, что фактические данные, содержащиеся в оглашенных показаниях, как и другие доказательства, могут быть положены в основу выводов и решений по делу лишь после их проверки и оценки по правилам, установленным ст. 87, 88 УПК РФ.

Как усматривается из описательно-мотивировочной части приговора, суд, обосновывая виновность Б. в совершении инкриминируемых ему преступлений, сослался на показания осужденного, данные в ходе предварительного расследования, которые как по объему, так и содержанию существенным образом отличаются от показаний, данных им непосредственно в судебном заседании, а также на рапорт оперуполномоченного Балахнинского МРО УФСКН России по Нижегородской области М. от 17 января 2013 года, согласно которому в ходе приведенных мероприятий 17 января 2013 года около 14 часов 15 минут в квартире *** дома *** по ул. *** г. *** Нижегородской области были задержаны Б. и Д. Задержанные лица находились в квартире с целью изготовления и употребления наркотического средства «дезоморфин», который кустарным способом изготавливал Б.

Однако, как следует из протокола судебного заседания, показания Б., данные им в ходе предварительного следствия, и рапорт оперуполномоченного М. не оглашались и, соответственно, не исследовались в судебном заседании.

Выявленные президиумом нарушения послужили основанием для отмены постановленного в отношении Б. судебного решения с направлением уголовного дела на новое рассмотрение.

 

Постановление президиума от 28 октября 2015 года

Дело № 44к-у-100/15

 

 

5. Согласно п.3 ч.1 ст.72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого.

 

Постановлением Нижегородского районного суда г. Нижнего Новгорода Нижегородской области от 21 мая 2015 года Р. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть по 18 июля 2015 года включительно.

Апелляционным постановлением Нижегородского областного суда от 1 июня 2015 года постановление Нижегородского районного суда г. Нижнего Новгорода от 21 мая 2015 года в отношении Р. оставлено без изменения.

Президиум отменил состоявшиеся судебные решения, в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, мотивировав свое решение следующим.

Согласно статье 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. Право обвиняемого в совершении преступления защищать себя лично или посредством выбранного им самим защитника провозглашено в Конвенции о защите прав человека и основных свобод (подпункт «с» пункта 3 статьи 6).

Вместе с тем, для обеспечения баланса между правом на выбор защитника по свободному усмотрению обвиняемого и эффективностью такой защиты, предоставлением последнему реальной квалифицированной помощи при производстве по уголовному делу, законодатель вводит ряд ограничений и запретов на возможность участия в деле такого рода защитников с целью гарантировать лицам, вовлеченным в сферу уголовного судопроизводства, объективную и непредвзятую защиту их интересов как на стадии предварительного расследования, так и в стадии судебного разбирательства.

В соответствии с ч.6 ст.49 УПК РФ одно и то же лицо не может быть защитником двух подозреваемых или обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам другого.

Согласно п.3 ч.1 ст.72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого.

Следовательно, если между интересами обвиняемых, защиту которых осуществляет один адвокат, выявляются (выявлены) противоречия (признание обвинения одним и оспаривание другим по одним и тем же эпизодам; изобличение одним обвиняемым другого и т.п.), то такой адвокат подлежит безусловному отводу.

Обязанность обеспечения указанных требований закона на всех стадиях уголовного производства возложена на органы, осуществляющие от имени государства деятельность по расследованию и рассмотрению соответствующих уголовных дел.

Как усматривается из протокола судебного заседания интересы обвиняемого Р. в суде первой инстанции при рассмотрении вопроса об избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражу представлял адвокат С.

Допустив адвоката С. к участию в судебном заседании на основании предъявленного им ордера, суд не принял во внимание имеющиеся в материалах судебно-контрольного производства данные о том, что тот же самый адвокат, в рамках этого же уголовного дела, осуществлял защиту обвиняемого Б., который дал изобличающие показания в отношении Р., тогда как последний, согласно протоколу допроса в качестве обвиняемого, отрицал причастность к совершению инкриминируемого ему преступления.

Таким образом, суд первой инстанции, не осуществив должной проверки представленных материалов дела на предмет наличия либо отсутствия обстоятельств, исключающих участие в производстве по уголовному делу защитника, допустил к участию в судебном заседании в качестве защитника обвиняемого Р. адвоката С., который в рамках того же уголовного дела и по тому же обвинению оказывал юридическую помощь обвиняемому Б., чьи интересы противоречили интересам Р., тем самым нарушил право последнего на защиту.

В связи с допущенными судом первой инстанции нарушениями уголовно-процессуального закона, судебные решения президиумом были отменены с направлением материала судебно-контрольного производства на новое рассмотрение.

 

Постановление президиума от 25 ноября 2015 года.

Дело № 44к-у-111 /15

 

6. В соответствии с ч.2 ст.27 УПК РФ прекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в пунктах 3 и 6 части первой статьи 24, статьях 25, 28 и 28.1 настоящего Кодекса, не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

 

Постановлением мирового судьи судебного участка №11 г.Дзержинска Нижегородской области от 2 декабря 2014 года Ф. освобожден от уголовной ответственности за совершение в состоянии невменяемости запрещенных уголовным законом деяний, предусмотренных ч.1 ст.119, ч.1 ст.116 УК РФ.

В отношении Ф. применены принудительные меры медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях общего типа.

Апелляционным постановлением судьи Дзержинского городского суда Нижегородской области от 6 июля 2015 года постановление мирового судьи судебного участка №11 г.Дзержинска Нижегородской области от 2 декабря 2014 года отменено, производство по уголовному делу на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ прекращено.

Президиум отменил апелляционное постановление судьи Дзержинского городского суда Нижегородской области от 6 июля 2015 года, в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, мотивировав свое решение следующим.

При рассмотрении в апелляционном порядке апелляционной жалобы лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, - Ф., в том числе жалоб адвокатов Л. и К., государственным обвинителем было заявлено ходатайство о прекращении уголовного преследования в отношении Ф., в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Суд, руководствуясь положениями п. «а» ч.1 ст.78, ч.2 ст.78 УК РФ, удовлетворил ходатайство государственного обвинителя и на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ прекратил производство по уголовному делу.

Вместе с тем, в соответствии с ч.2 ст.27 УПК РФ прекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в п.п.3 ,6 ч.1 ст.24, ст.ст.25, 28, 28.1 УПК РФ, не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Таким образом, одним из обязательных условий для прекращения уголовного дела при выявлении оснований, предусмотренных ст.78 УК РФ, является согласие обвиняемого.

При этом не имеет значения, в какой момент и на какой стадии производства по делу истекли сроки давности привлечения лица к уголовной ответственности.

Данная позиция законодателя обусловлена тем, что прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования носит нереабилитирующий характер, не освобождает лицо от всех негативных последствий, связанных с вовлечением его в сферу уголовного судопроизводства, в связи с чем ему должна предоставляться возможность в рамках реализации гарантированных статьями 49 и 123 Конституции РФ прав настаивать на продолжении рассмотрения дела в судебном порядке для защиты прав и законных интересов с целью добиться своей реабилитации.

Указанные требования закона в целом применимы и к процедуре, регламентированной гл.51 УПК РФ.

Согласно протоколу судебного заседания суда апелляционной инстанции Ф. возражал против удовлетворения ходатайства государственного обвинителя и прекращения производства по уголовному делу.

Однако, мнение лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера Ф., при решении вопроса об удовлетворении ходатайства, заявленного государственным обвинителем о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, судом апелляционной инстанции оставлено без внимания.

Таким образом, требования ч.2 ст.27 УПК РФ о необходимости учета мнения лица, в отношении которого осуществляется уголовное производство, при разрешении вопроса о прекращении его уголовного преследования на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ были нарушены.

Выявленное президиумом нарушение послужило основанием для отмены апелляционного постановления Дзержинского городского суда Нижегородской области от 6 июля 2015 года в отношении Ф. и направлении материала на новое рассмотрение.

 

Постановление президиума от 25 ноября 2015 года.

Дело № 44к-у-116/2015

 

7. Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод (ч.1 ст.46), возлагает на суд обязанность обеспечить справедливую процедуру принятия судебных решений. Согласно положениям п.6 ч.4 ст.47 УПК РФ обвиняемый вправе давать показания и объясняться на родном языке или языке, которым он владеет.

 

Приговором суда первой инстанции от 14 января 2014 года Ч. признан виновным и осужден за 13 краж, то есть тайных хищений чужого имущества, в том числе: 7 – с незаконным проникновением в жилище, 4 – с причинением значительного ущерба гражданину и незаконным проникновением в жилище, 2 – с незаконным проникновением в помещение.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Нижегородского областного суда от 21 июля 2014 года приговор оставлен без изменения.

Президиум отменил состоявшиеся судебные решения, мотивировав свое решение следующим.

Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод (ч.1 ст.46), возлагает на суд обязанность обеспечить справедливую процедуру принятия судебных решений.

В силу ч.1 ст.11 УПК РФ в ходе судебного разбирательства уголовного дела суд обязан разъяснить обвиняемому его права, обязанности, ответственность за неисполнение обязанностей и обеспечить возможность осуществления этих прав.

Согласно положениям п.6 ч.4 ст.47 УПК РФ обвиняемый вправе давать показания и объясняться на родном языке или языке, которым он владеет.

На основании ч.1 ст.240 УПК РФ в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, за исключением случаев, предусмотренных разделом 10 УПК РФ. Суд заслушивает показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, заключение эксперта, осматривает вещественные доказательства, оглашает протоколы и иные документы, производит другие судебные действия по исследованию доказательств.

Таким образом, устность как одно из условий судебного разбирательства выражается в том, что суд, используя вербальное общение, обсуждает с участием сторон заявленные ходатайства, выслушивает позиции сторон в ходе судебных прений, кроме того устность позволяет обеспечить одновременное восприятие происходящего в зале суда всеми участвующими в деле лицами, а также способствует воспитательному воздействию судебного заседания, обеспечивая участникам процесса возможность осознано воспринимать процедуру судебного разбирательства.

В соответствии со ст. 244 УПК РФ в судебном заседании стороны обвинения и защиты пользуются равными правами на заявление отводов и ходатайств, представление доказательств, участие в их исследовании, выступление в судебных прениях, представление суду письменных формулировок по вопросам, указанным в пунктах 1-6 части первой статьи 299 УПК РФ, на рассмотрение иных вопросов в ходе судебного разбирательства.

Однако данные требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции при рассмотрении данного уголовного дела выполнены не были.

По сообщению начальника медицинской части ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области М., подсудимый Ч. по медицинскому заключению ФКУ ИК-20 УФСИН России по Кировской области был обследован в мае 2012 года. Диагноз: последствия закрытой черепно-мозговой травмы от 1994 года. «Двухсторонняя тугоухость». НЦД по гипертоническому типу.

Как видно из материалов уголовного дела, в судебном заседании 29 апреля 2014 года Ч. заявил, что у него «острая сенсорная тугоухость», он плохо слышит.

В дальнейшем, Ч. неоднократно заявлял о том, что не слышит того, что происходит в судебном заседании, просил направить его на стационарное обследование в рамках экспертного судебно-медицинского учреждения, а также просил проводить судебное заседание в зале, где есть усиливающие звук микрофоны и наушники, чтобы он мог слышать то, что происходит. Однако в удовлетворении данных ходатайств судом было отказано.

Принцип эффективности защиты предполагает, в том числе, что если подсудимый страдает физическими недостатками, суд обязан проверить: не препятствуют ли эти недостатки практически использовать свои субъективные права их обладателю для организации адекватной защиты от выдвинутого обвинения.

Вместе с тем, каких-либо мер с целью получения информации о том, может ли Ч. воспринимать звуки, устную речь, вербальные и иные сообщения без слухового аппарата, с использованием слухового аппарата, судом первой инстанции предпринято не было.

Таким образом, суд первой инстанции рассмотрел дело, достоверно не убедившись, что Ч. не является глухим и (или) ограниченным в восприятии происходящего, понимает суть судебного заседания, получая процессуально значимую вербальную информацию в том же объеме и на том же уровне, что и другие участники судопроизводства.

Принимая во внимание имеющийся в материалах дела диагноз о тугоухости Ч., его стабильное заявление о неспособности им воспринимать устные выступления участников процесса без организации мер по усилению звука, компенсирующих его физический недостаток, при одновременном отказе суда в проверке данного утверждения, позволяют разумно сомневаться в обеспечении Ч. равных с другими участниками условий для участия в судебном заседании и сделать вывод о лишении осужденного права на защиту и справедливое судебное разбирательство.

Выявленное президиумом существенное нарушение уголовно-процессуального закона, допущенное в ходе судебного разбирательства в отношении Ч. послужило основанием для отмены состоявшихся судебных решений.

 

Постановление президиума от 21 октября 2015 года.

Дело № 44к-у-97/2015

 

8. В соответствии с п.4 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года №6576-6 «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной  Войне 1941-1945 годов» условно осужденные, осужденные, которым до дня вступления в силу настоящего Постановления неотбытая часть наказания заменена более мягким видом наказания или отбывание наказания которым отсрочено, а также осужденные к наказанию, не связанному с лишением свободы, подлежат освобождению.

 

Приговором мирового судьи судебного участка №2 Балахнинского района Нижегородской области от 5 июня 2014 года Е. осужден по ч.1 ст.119 УК РФ, условно, с испытательным сроком 1 год.

В апелляционном порядке указанный приговор не обжалован.

Постановлениями Балахнинского городского суда Нижегородской области от 25 февраля 2015 года и от 26 марта 2015 года испытательный срок Е. последовательно продлен соответственно на 1 и на 2 месяца.

Начальник филиала по Балахнинскому району ФКУ «УИИ ГУФСИН России по Нижегородской области» обратилась в суд с представлением об отмене Е. условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором суда.

Постановлением Балахнинского городского суда Нижегородской области от 16 июля 2015 года условное осуждение, назначенное приговором мирового судьи судебного участка №2 Балахнинского района Нижегородской области от 5 июня 2014 года по ч.1 ст.119 УК РФ в отношении Е., отменено. Осужденный Е. направлен для отбытия наказания в исправительную колонию строгого режима сроком на 1 год.

Президиум постановление Балахнинского городского суда Нижегородской области от 16 июля 2015 года отменил по следующим основаниям.

В соответствии с п.4 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года №6576-6 «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной  Войне 1941-1945 годов» условно осужденные, осужденные, которым до дня вступления в силу настоящего Постановления неотбытая часть наказания заменена более мягким видом наказания или отбывание наказания которым отсрочено, а также осужденные к наказанию, не связанному с лишением свободы, подлежат освобождению.

Кроме того, в соответствии с п.п.3 п.19 Постановления «О порядке  применения постановления Государственной Думы Федерального Собрания  РФ от 24 апреля 2015 года №6576-6 «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 годов» злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, не подпадающими под действие акта об амнистии, следует считать только осужденных, которым наказание, не связанное с лишением свободы, за злостное уклонение от отбывания наказания заменено лишением свободы до вступления акта амнистии в силу.

Постановление Государственной Думы Федерального Собрания  РФ от 24 апреля 2015 года №6576-6 «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 годов» вступило в законную силу 24 апреля 2015 года.

Из материалов дела следует, что представление начальника филиала по Балахнинскому району ФКУ «УИИ ГУФСИН России по Нижегородской области» об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором суда в отношении Е., поступило в Балахнинский городской суд Нижегородской области 9 июня 2015 года, то есть после вступления постановления Государственной Думы Федерального Собрания  РФ от 24 апреля 2015 года №6576-6 «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 годов» в законную силу.

Каких-либо ограничений для применения в отношении осужденного Е. пункта 4 акта об амнистии от 24 апреля 2015 года, согласно которому подлежали освобождению от наказания условно осужденные, представленные материалы не содержат.

При таких обстоятельствах, президиум пришел к выводу о том, что суду первой инстанции надлежало разрешить ходатайство УИИ с учетом данного обстоятельства и обсудить вопрос о прекращении производства по судебно-контрольному материалу по ходатайству об отмене осужденному Е. условного осуждения.

Указанное нарушение уголовного закона, допущенное при рассмотрении представления начальника филиала по Балахнинскому району ФКУ «УИИ ГУФСИН России по Нижегородской области» об отмене условного осуждения в отношении Е. явилось существенным, повлиявшим на исход дела, в связи с чем президиум постановление Балахнинского городского суда Нижегородской области от 16 июля 2015 года отменил, производство по делу прекратил.

 

Постановление президиума от 2 декабря 2015 года.

Дело № 44к-у-124/15

 

9. Согласно ст.ст.245, 259 УПК РФ в судебном заседании ведется протокол судебного заседания, в котором излагаются действия и решения суда, а равно действия участников судебного разбирательства, полно отражаются все необходимые сведения о ходе рассмотрения дела. Протокол должен быть изготовлен и подписан председательствующим и секретарем судебного заседания.

 

Постановлением судьи Ленинского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 18 апреля 2015 года подозреваемому Г. продлен срок задержания на 72 часа, то есть до 21 апреля 2015 года.

В апелляционном порядке постановление судьи не обжаловано.

Постановлением Ленинского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 21 апреля 2015 года в отношении обвиняемого Г. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на 01 месяц 07 суток, то есть до 25 мая 2015 года включительно.

Президиум постановление Ленинского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 18 апреля 2015 года в отношении Г. отменил, мотивировав свое решение следующим.

Согласно ст.ст.245, 259 УПК РФ в судебном заседании ведется протокол судебного заседания, в котором излагаются действия и решения суда, а равно действия участников судебного разбирательства, полно отражаются все необходимые сведения о ходе рассмотрения дела. Протокол должен быть изготовлен и подписан председательствующим и секретарем судебного заседания.

Вместе с тем, как усматривается из материала судебно-контрольного производства, суд рассмотрел ходатайство следователя о продлении срока задержания подозреваемого Г., однако протокол судебного заседания, в нарушение ч.6 ст.259 УПК РФ, не подписан секретарем судебного заседания (л.м. 104-107).

Отсутствие протокола судебного заседания в том виде, в каком он должен быть оформлен и содержать необходимые реквизиты в соответствии с требованиями УПК РФ, свидетельствует о несоблюдении судом обязательной к исполнению процедуры фиксации уголовного процесса, что ставит под сомнение законность и обоснованность самого итогового решения, принятого в рамках данного судебного процесса.

Таким образом, отсутствие в материале судебно-контрольного производства надлежаще оформленного протокола судебного заседания является фундаментальным нарушением требований уголовно-процессуального закона, влекущим безусловную отмену состоявшегося судебного постановления.

При таких обстоятельствах, президиум постановление Ленинского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 18 апреля 2015 года отменил,  материал судебно-контрольного производства направил на новое судебное рассмотрение.

 

Постановление президиума от 16 декабря 2015 года.

Дело №44-к-у-129/15

 

10. Согласно ч.1 ст.79 УК РФ лицо подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания.

 

Приговором Канавинского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 17 мая 2011 года, с учетом внесенных изменений, Щ. признан виновным и осужден за преступления, предусмотренные: ч.3 ст.30, п. «б» ч.2 ст.228.1, ч.1 ст.228, ч.3 ст.30, п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 6 лет.

Отбывая наказание в учреждении ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Нижегородской области, осужденный обратился в суд с ходатайством о его условно-досрочном освобождении.

Постановлением судьи Варнавинского районного суда Нижегородской области от 16 марта 2015 года в удовлетворении ходатайства осужденному отказано.

Апелляционным постановлением судьи Нижегородского областного суда от 9 июля 2015 года постановление судьи оставлено без изменения.

Президиум отменил судебные решения по следующим основаниям.

Согласно ч.1 ст.79 УК РФ лицо подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания.

При решении вопроса о возможности применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания исходя из положений ст.ст.79, 80, 93 УК РФ судам надлежит обеспечить индивидуальный подход в оценке возможности применения к конкретному осужденному условно-досрочного освобождения. Вывод суда о том, что осужденный для своего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного приговором наказания, должен быть основан на всестороннем учете данных о его поведении за весь период отбывания наказания. При этом суду следует учитывать мнение представителя исправительного учреждения о наличии либо отсутствии оснований для признания лица не нуждающимся в дальнейшем отбывании наказания. Критериями, позволяющими применить условно-досрочное освобождение к осужденному, являются: социально-приемлемое поведение на протяжении достаточно длительного периода времени, негативная оценка осужденным содеянного, отсутствие злостных нарушений, добросовестное отношение к обязанностям в период отбывания назначенного наказания, а также корректное отношение к другим осужденным и сотрудникам исправительной системы.

Вместе с тем, отказывая в удовлетворении ходатайства осужденного Щ. об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, суд в обоснование своих выводов лишь формально сослался на данные о личности осужденного и его поведении за период отбывания наказания, не содержащие об осужденном негативной информации, однако констатировав, что к осужденному применение условно-досрочного освобождения на данном этапе преждевременно, поскольку у суда нет достаточных оснований полагать, что цели наказания в отношении Щ. достигнуты в полном объеме.

Между тем, судом при рассмотрении ходатайства фактически не учтено и не получило надлежащей оценки то, что в период отбывания наказания Щ. в ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по Нижегородской области, взысканий не имел. Вину, согласно приговору суда, признал. За период отбывания наказания зарекомендовал себя с положительной стороны. Трудоустроился, добросовестно выполняет свои рабочие обязанности, нарушений режима отбывания наказания не допускает, имеет поощрения от администрации колонии, активно участвует в общественной жизни колонии, на протяжении длительного периода времени выявляет стабильно  положительное поведение, что позволило администрации колонии поддержать ходатайство о применении к Щ. положений ст.79 УК РФ.

Согласно выводам психологической характеристики на Щ. специалист-психолог полагает целесообразным его условно-досрочное освобождение от отбывания наказания.

Каких-либо конкретных данных, отрицательно характеризующих осужденного, свидетельствующих о том, что он не встал на путь исправления, судом не установлено и в обжалуемом постановлении не приведено.

Несмотря на все перечисленные данные о личности Щ., в том числе, положительной характеристики за длительный период отбывания наказания, в  которой имеются ссылки на его добросовестное отношение к труду, наличие поощрений, отсутствие взысканий, а также с учетом мнения представителя исправительного учреждения о том, что осужденный для своего исправления не нуждается в дальнейшем отбывании назначенного судом наказания, суд первой инстанции оставил данное ходатайство без удовлетворения, фактически не мотивировав свое решение, формально сославшись на отсутствие у него уверенности в исправлении Щ. без приведения в постановлении объективных доказательств для формирования такой позиции по заявленному ходатайству.

Выявленные президиумом нарушения послужили основанием для отмены постановленных в отношении Щ. судебных решений с направлением ходатайства осужденного Щ. об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания на новое рассмотрение.

 

Постановление президиума от 16 декабря 2015 года.

Дело № 44ку-113/2015

 

11. В силу положений ст.ст.131, 132 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению. Процессуальные издержки взыскиваются с осуждённых или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

 

Постановлением судьи Московского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 12 сентября 2014 года с осужденного Т. в порядке возмещения затрат в счет федерального бюджета взысканы судебные издержки в размере 1100 рублей.

Постановленное судебное решение президиум отменил, мотивировав принятое решение следующим.

Как видно из обжалуемого судебного решения, адвокат Ш. осуществлял защиту осужденного Т. по назначению суда при рассмотрении ходатайства осужденного о разъяснении сомнений и неясностей при исполнении приговора, и впоследствии участвовал совместно с осужденным в ознакомлении с материалами дела.

В своем заявлении адвокат просил выплатить ему вознаграждение в размере 1100 рублей за два дня участия при ознакомлении осужденного с материалами дела: 11 и 12 сентября 2014 года.

Данное заявление адвоката Ш.. судом было удовлетворено, адвокату выплачено вознаграждение в полном объеме заявленных требований. Указанная сумма взыскана в порядке возмещения затрат с осужденного Т. в федеральный бюджет.

В силу положений ст.ст.131, 132 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению. Процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

По смыслу уголовно-процессуального закона, принятие решения о взыскании с осужденного указанных выплат (процессуальных издержек) возможно только в судебном заседании в условиях, когда осужденному обеспечивается возможность довести до сведения суда свою позицию относительно суммы взыскиваемых издержек, своего имущественного положения, а так же по иным значимым аспектам, влияющим на правильное разрешение вопроса о распределении обязанности по возмещению таких издержек.

Вместе с тем, как следует из материала, судебное заседание по рассмотрению заявления адвоката Ш. о выплате ему вознаграждения за участие в качестве защитника осужденного Т. по назначению суда, не проводилось, о чем свидетельствует отсутствие в материалах протокола судебного заседания.

Следовательно, участники процесса, в нарушение ст.15 УПК РФ, были лишены возможности в условиях состязательного судебного процесса, представить суду свои доводы относительно данного вопроса.

Вместе с тем, исходя из правовой позиции, закрепленной в Определении Конституционного Суда РФ от 12 ноября 2008 года №1074-О-П, взаимосвязанные положения ч.1 ст.131, п.5 ч.2 ст.131, ч.3 ст.131 УПК РФ, ч.ч.5 и 6 ст.132 УПК РФ не предполагают возможность рассмотрения вопроса о взыскании процессуальных издержек с осужденного без проведения соответствующего судебного заседания.

Несмотря на то, что решение вопроса о взыскании судебных издержек затрагивало интересы осужденного Т., последнему не были обеспечены надлежащие процессуальные условия для реализации в этой части его прав.

Таким образом, президиум констатировал, что вышеперечисленные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные судом первой инстанции при рассмотрении заявления адвоката Ш. о выплате ему вознаграждения, являются существенными, не позволившими реализовать цели правосудия в рамках данного судопроизводства, в связи с чем отменил постановление судьи Московского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 12 сентября 2014 года в той части, в какой оно содержит указание на взыскание с осужденного Т. в пользу федерального бюджета затратив на процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг адвоката по назначению, а материалы дела направил на новое рассмотрение.

 

Постановление президиума от 18 ноября 2015 года.

Дело № 44к-у-114/15

 

12. Согласно ст.75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми, не имеющими юридической силы и поэтому они не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных в ст.73 УПК РФ.

 

Приговором Канавинского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 10 ноября 2011 года Ж. признан виновным и осужден за покушение на незаконный сбыт психотропных веществ в особо крупном размере в рамках единого преступления, совершенного поэтапно 26 сентября 2010 года, 28 октября 2010 года и 2 декабря 2010 года.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а также достаточности для разрешения уголовного дела, суд посчитал вину подсудимого Ж. в покушении на незаконный сбыт психотропных веществ, в особо крупном размере, установленной.

Суд также пришел к выводу, что результаты оперативно-розыскных мероприятий, имеющиеся в материалах уголовного дела, получены в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у подсудимого умысла на незаконный сбыт психотропных веществ.

Между тем, президиум пришел к выводу о том, что постановленное в отношении Ж. судебное решение подлежит изменению, мотивировав свое решение следующим.

В соответствии со ст.85 УПК РФ, доказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств в целях установления обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ.

Установление указанных обстоятельств подразумевает, что все доводы стороны защиты, в том числе, о подстрекательстве со стороны сотрудников органов полиции должны быть рассмотрены судом с особой тщательностью и получить в приговоре разумную оценку.

Между тем, как усматривается из материалов уголовного дела, оперативные сотрудники располагали информацией о незаконном сбыте психотропных веществ Ж, ***.***.*** г.р., поэтому 26 сентября 2010 года провели оперативно-розыскное мероприятие «проверочная закупка», которая выявила факт сбыта Ж. психотропных веществ Д., выступавшему в роли закупщика в рамках оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка».

Задачами оперативно-розыскной деятельности являются выявление, пресечение и раскрытие преступлений.

Вместе с тем, вопреки целям и задачам оперативно-розыскной деятельности, после того, как 26 сентября 2010 года сотрудники ОС УФСКН РФ по Нижегородской области выявили и зафиксировали факт сбыта Ж. психотропных веществ, они не пресекли преступные действия Ж., а 28 октября и 2 декабря 2010 года вновь провели аналогичные оперативно-розыскные мероприятия – «проверочная закупка» в отношении того же лица, которые по своей сути являются тождественными, направленными только на документирование противоправных действий осужденного; иных данных о преступлении, ранее не известных оперативным органам, по результатам последующих ОРМ выявлено не было.

Исходя из требований справедливого суда, установленных ст.6 Европейской Конвенции «О защите прав человека и основных свобод», общественные интересы в борьбе против наркоторговли не могут оправдать использование доказательств, полученных в результате провокации органов полиции.

Согласно ст.75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми, не имеющими юридической силы и поэтому они не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных в ст.73 УПК РФ.

Следовательно, использованные судом изобличающие показания свидетелей Б., С., Д., Ш., Л., а также иные основанные на результатах незаконных оперативно-розыскных мероприятий от 28 октября 2010 года и 2 декабря 2010 года сведения, содержащиеся в протоколах личного досмотра Д., протоколах пометки денег, протоколах осмотра предметов, справках об исследовании и заключениях эксперта, которые были положены в основу обвинения, нельзя признать допустимыми.

При таких обстоятельствах президиум пришел к выводу, что доказательства, представленные стороной обвинения, в этой части являются недопустимыми, поскольку получены в результате провокационных действий сотрудников полиции.

В связи с изложенным, доказательно подтверждено лишь обвинение связанное с осуждением Ж. за незаконный сбыт 26 сентября 2010 года психотропного вещества амфетамин, массой 0,232гр.

Таким образом, президиум пришел к выводу, что уголовное дело в остальной части обвинения Ж. по факту покушения на незаконный сбыт психотропных веществ в особо крупном размере 28 октября 2010 года и 2 декабря 2010 года, подлежит прекращению в связи с отсутствием в действиях Ж. состава указанного преступления.

 

Постановление президиума от 21 октября 2015 года.

Дело № 44- к-у-98/15

 

13. При проверке обоснованности предъявленного подсудимому по ст. 3141 УК РФ обвинения суд не принял во внимание положения ст. 79 УК РФ, согласно которой лицо, освобожденное условно-досрочно из мест лишения свободы, считается не отбывшим наказание в виде лишения свободы, а административный надзор может быть установлен только в отношении лица, полностью отбывшего наказание, назначенное ему по приговору. В отношении лиц, освобожденных условно-досрочно, до истечения оставшейся неотбытой части наказания административный надзор не устанавливается.

 

Приговором суда первой инстанции от 17 марта 2014 года К. осужден за самовольное оставление лицом, в отношении которого установлен административный надзор при освобождении из мест лишения свободы, места жительства или пребывания, совершённое в целях уклонения от административного надзора.

В апелляционном порядке приговор не обжалован.

Президиум отменил приговор в отношении К., по следующим основаниям.

Приговором Шахунского районного суда Нижегородской области от 15 ноября 2010 года К. осужден за совершение трех преступлений, предусмотренных п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ, и трех преступлений, предусмотренных п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, на основании ч.5 ст.69 УК РФ, к 5 годам 8 месяцам лишения свободы, без штрафа, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлением судьи Краснобаковского районного суда Нижегородской области от 25 декабря 2012 года К., отбывающий наказание в ФКУ ИК-15 ГУФСИН России по Нижегородской области, освобожден условно-досрочно на неотбытый срок 2 года 7 месяцев 17 дней.

Решением Краснобаковского районного суда Нижегородской области от 25 декабря 2012 года удовлетворено заявление администрации ФКУ ИК-15 ГУФСИН России по Нижегородской области об установлении административного надзора в отношении осужденного К. сроком на 6 лет с возложением на него ряда административных ограничений.

Постановлением судьи Московского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 16 августа 2013 года условно-досрочное освобождение К. отменено с направлением его для отбывания наказания в виде 2 лет 7 месяцев 17 дней лишения свободы в исправительную колонию строгого режима.

Суд первой инстанции, установив указанные обстоятельства при проверке обоснованности предъявленного К. обвинения по ст.314.1 УК РФ, не принял во внимание ст.79 УК РФ, согласно которой лицо, освобожденное условно-досрочно из мест лишения свободы, по своему статусу является не отбывшим наказание, а также аналогичную правовую позицию, закрепленную в п.4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года №22 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел об административном надзоре», и требования ст.3 Федерального закона от 6 апреля 2011 года №64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы», поскольку из смысла вышеприведенных положений в их взаимосвязи следует, что административный надзор может быть установлен только в отношении лица, полностью отбывшего наказание, назначенное ему по приговору. В отношении лиц, освобожденных условно-досрочно, до истечения оставшейся неотбытой части наказания, административный надзор не устанавливается. Временные ограничения прав и свобод лица, освобожденного из мест лишения свободы условно-досрочно, определяются судом в порядке статей 79 и 73 УК РФ, при этом суд вправе возложить на это лицо любые обязанности, способствующие его исправлению.

Следовательно, К., освобожденный условно-досрочно из мест лишения свободы в порядке ст.79 УК РФ, до истечения оставшейся неотбытой части наказания не мог признаваться лицом, отбывшим уголовное наказание в виде лишения свободы, а у Краснобаковского районного суда Нижегородской области, рассмотревшего 25 декабря 2012 года заявление администрации ФКУ ИК-15 ГУФСИН России по Нижегородской области об административном надзоре в отношении К., отсутствовали правовые основания для установления в отношении последнего соответствующих правоограничений в порядке, регламентированном положениями Федерального закона от 6 апреля 2011 года №64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы».

Ввиду того, что при установлении в отношении К. административного надзора судом не были соблюдены требования законодательства относительно оснований и условий возложения на осужденного указанного правоограничения как необходимого составообразующего признака преступления, предусмотренного ст.314.1 УК РФ, поэтому в его действиях отсутствует состав данного уголовно-наказуемого деяния.

Выявленные президиумом нарушения послужили основанием для отмены приговора и прекращения производства по делу на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, с признанием за К. права на реабилитацию.

Постановление президиума от 9 декабря 2015 года.

                                                         Дело № 44ку-128/2015

 

 

ВОПРОСЫ КВАЛИФИКАЦИИ

 

1. По смыслу закона, субъектами преступления, предусмотренного ст.160 УК РФ, являются должностные или иные лица, использующие для совершения хищения свои служебные полномочия, включающие в себя организационно- распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в организации.

 

Приговором Саровского городского суда Нижегородской области от 6 мая 2002 года, с учетом внесенных изменений, В. признан виновным и осужден за хищение чужого имущества, вверенного виновному, с использованием служебного положения.

Приговор в отношении В. президиум изменил, мотивировав свое решение следующим.

Как установлено судом, В., работая сторожем- приемщиком автостоянки ОАО «***», будучи материально- ответственным лицом, в период времени с 26 ноября 2001 года по 4 декабря 2001 года, действуя умышленно из корыстных побуждений, с целью хищения, с использованием своего служебного положения, путем растраты похитил материально-товарные ценности на общую сумму 6845 рублей, причинив тем самым ущерб ОАО «***».

Судом действия В. были квалифицированы (с учетом последующих изменений) по ч.3 ст.160 УК РФ.

При этом, констатировав в содеянном признаки преступного деяния по ч.3 ст.160 УК РФ, суд не учел, что по смыслу закона, субъектами данного преступления, являются должностные или иные лица, использующие для совершения хищения свои служебные полномочия, включающие в себя организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в организации.

Согласно положениям п.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №6 от 10 февраля 2000 года «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» и п.24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 51 от 27 декабря 2007 года «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», под лицами, использующими  свое служебное положение при совершении присвоения или растраты следует понимать лиц, обладающих признаками, перечисленными в п.1 примечания к ст.285 УК РФ, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным п.1 примечания к ст.201 УК РФ (например, лицо, которое использует для совершения хищения чужого имущества свои служебные полномочия, включающие в себя организационно- распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в организации).

Вместе с тем, судом не было принято во внимание, что В., работая в ОАО «***» сторожем-приемщиком на автостоянке, осуществлял свои полномочия в отношении вверенного ему имущества не в связи с занимаемой должностью, а выполняя свои производственные функции по охране и приему автомашин на основании договора о полной материальной ответственности. При этом выполнение организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций на него не возлагалось.

Вышеуказанные нарушения уголовного закона президиум признал существенными и повлиявшими на исход дела, поскольку они повлекли назначение виновному лицу чрезмерно сурового наказания.

Исходя из изложенного, президиум пришел к выводу об исключении из обвинения В. квалифицирующего признака преступления - «совершенное лицом с использованием своего служебного положения» и квалификации его действий по ч.1 ст.160 УК РФ (в редакции Федерального закона № 26-ФЗ от 7 марта 2011 года).

С учетом уменьшения объема обвинения, наказание назначенное осужденному соразмерно смягчено.

 

Постановление президиума от 2 декабря 2015 года.

Дело № 44-к-у-125/15

 

 

НАЗНАЧЕНИЕ НАКАЗАНИЯ

 

1. Добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ признается обстоятельством, смягчающим наказание, и, согласно ч. 3 ст. 60 УК РФ, учитывается при назначении наказания.

 

Приговором Московского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 19 марта 2015 года М. признан виновным в краже, то есть тайном хищении чужого имущества, совершенном с причинением значительного ущерба гражданину.

Проверив материалы уголовного дела, президиум приговор в отношении М. изменил, мотивировав свое решение следующим.

Согласно ч.1 ст.6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Часть 3 ст.60 УК РФ устанавливает, что при назначении наказания наряду с характером и степенью общественной опасности преступления и личностью виновного учитываются предусмотренные ст.61 УК РФ смягчающие наказание обстоятельства.

Согласно п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, признается добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему.

Как следует из имеющейся в материалах уголовного дела расписки, М. добровольно возместил потерпевшему причиненный материальный ущерб.

Однако суд первой инстанции данное обстоятельство при назначении наказания М. не учел.

Таким образом, добровольное возмещение имущественного ущерба, президиум признал обстоятельством, смягчающим наказание М., в связи с чем, учитывая отсутствие по делу отягчающих обстоятельств, смягчил назначенное М. наказание.

 

Постановление президиума от 7 октября 2015 года.

Дело № 44к-у- 94 /15

 

2. В соответствии с ч.7 ст.316 УПК РФ срок или размер наказания, назначаемого лицу, уголовное дело в отношении которого рассмотрено в особом порядке, не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

 

Приговором суда Б. признан виновным и осужден за грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, не опасного для здоровья, а также за незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Уголовное дело рассмотрено в особом порядке принятия судебного решения.

Постановленный в отношении Б. приговор президиум изменил, мотивировав свое решение следующим.

Согласно ст.6 УК РФ, наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания лицу, признанному виновным в совершении преступления, учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В соответствии с ч.7 ст.316 УПК РФ, срок или размер наказания, назначаемого лицу, уголовное дело, в отношении которого, рассмотрено в особом порядке, не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Согласно положениям ч.1 ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и (или) «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Как следует из приговора Кулебакского городского суда Нижегородской области от 23 апреля 2012 года, судом первой инстанции Б. признан виновным и осужден, в том числе, за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.127 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года.

Санкция п. «а» ч.2 ст.127 УК РФ определяет наказание за оконченное преступление в виде лишения свободы на срок от трех до пяти лет.

Вместе с тем, суд первой инстанции, применяя одновременно правила ч.7 ст.316 УПК РФ и ч.1 ст.62 УК РФ при назначении осужденному Б. наказания за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.127 УК РФ, не принял во внимание, что в этом случае, назначаемое Б. наказание не должно превышать 2 лет 2 месяцев лишения свободы, в связи с чем кассационная инстанция наказание за данное преступление смягчила без ссылки на ст.64 УК РФ.

Кроме того, указанным приговором Б. осужден также по п.п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ к наказанию в виде лишения своды сроком на 3 года 1 месяц без штрафа и без ограничения свободы.

Санкция в виде лишения свободы за грабеж, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, не опасного для здоровья (п.п. «а, г» ч.2 ст.161), с учетом положений ч.7 ст.316 УПК РФ и ч.1 ст.62 УК РФ, определяется максимальным размером в 3 года 1 месяц.

Толкование указанных норм уголовного закона в их системной взаимосвязи позволяет констатировать, что в данном случае 3 года 1 месяц является предельно допустимым размером наказания в виде лишения свободы за квалифицированный грабеж по ч.2 ст. 161 УК РФ, совершенный при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и (или) «к» ч.1 ст.61 УК РФ, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, в условиях реализации судебного разбирательства по делу в порядке гл.40 УПК РФ.

По данному уголовному делу в отношении Б. судом признаны в качестве обстоятельств, смягчающих его наказание: явка с повинной, возмещение ущерба потерпевшему, а также раскаяние в содеянном.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, не установлено.

Наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п.п. «и» и «к» ч.1 ст.61 УК РФ в виде явки с повинной и возмещения ущерба потерпевшему, влекущих применение ч.1 ст.62 УК РФ, и кроме того необходимость учета судом положений ч.7 ст.316 УПК РФ, при наличии по делу дополнительного смягчающего наказание обстоятельства (раскаяние в содеянном) предопределяло обязанность суда по избранию наказания в виде лишения свободы за преступление, предусмотренное п.п. «а,г» ч.2 ст.161 УК РФ, более мягкого, чем 3 года 1 месяц лишение свободы, однако судом эти требования выполнены не были.

Вышеуказанные нарушения уголовного закона президиум признал существенными, повлиявшими на исход дела, поскольку они повлекли назначение виновному лицу чрезмерно сурового наказания, в связи с чем приговор суда в отношении Б. изменил, смягчив назначенное наказание.

 

Постановление президиума от 7 октября 2015 года.

Дело № 44к-у- 89/15

 

3. Неправомерное поведение потерпевшей, констатированное в описательно-мотивировочной части приговора, согласно п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ должно быть учтено судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

 

 

Приговором Арзамасского городского суда Нижегородской области от 7 августа 2014 года С. признан виновным и осужден за убийство, то есть умышленное причинение смерти М.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Нижегородского областного суда от 9 октября 2014 года приговор от 7 августа 2014 года в отношении С. оставлен без изменения.

Постановленные в отношении С. судебные решения президиум изменил, мотивировав свое решение следующим.

Как установлено приговором суда 21 апреля 2014 года около 19 часов 30 минут С., находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ходе ссоры со своей сожительницей М., действуя умышленно на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, с целью убийства последней взял со стола хозяйственный нож и, реализуя умысел на причинение М. смерти, нанес ей один удар ножом в область нахождения жизненно важных органов – живота, причинив проникающее ранение живота с повреждением по ходу раневого канала тонкой кишки, брыжейки тонкой кишки, правой подвздошной вены, вызвавшее массивную кровопотерю. Указанная травма причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и находится в причинной связи с наступившей смертью М.

В основу данного вывода суд положил совокупность исследованных в ходе судебного следствия доказательств, в том числе, показания С., данные им при проведении предварительного следствия в ходе допроса в качестве обвиняемого с участием защитника. Как следует из показаний С., в процессе ссоры М. оскорбила его, после чего схватила со стола сковороду с макаронами и ударила его сковородой по голове ближе к правому глазу. Он разозлился на М. из-за того, что она ударила его сковородой, схватил лежавший на столе кухонный нож и с целью убийства нанес им удар в область живота М.

Одновременно суд также привел в приговоре:

- протокол явки с повинной С., согласно которому в процессе ссоры М. нанесла С. удар сковородой, после чего он схватил нож на столе и нанес им один удар М. в область живота;

- показания свидетеля М., из которых следует, что, со слов С., причиной нанесения им ножевого ранения М., повлекшего ее смерть, явилось то, что потерпевшая «стукнула его сковородой»;

- заключение судебно-медицинской экспертизы № 716 от 25 апреля 2014 года, установившей наличие у С. ушибленной раны правой надбровной дуги, которая могла быть получена, в том числе, в результате удара металлической сковородой.

Оценивая вышеизложенные показания подсудимого С., суд посчитал их достоверными, поскольку они согласуются с иными доказательствами, исследованными в судебном заседании, и посчитал возможным положить их в основу приговора. При этом суд также указал, что действия С. с учетом фактических обстоятельств дела были явно несоразмерны действиям в ходе ссоры со стороны М.

Безоговорочно приняв за основу приговора весь объем показаний С. относительно обстоятельств причинения им ножевого ранения М., суд тем самым констатировал также достоверность содержащейся в них информации о противоправном поведении потерпевшей как поводе для совершения преступления и фактически признал установленным факт такого поведения потерпевшей, отметив несопоставимость реакции С. на такие действия потерпевшей М.

Между тем, при разрешении вопросов, связанных с назначением наказания, неправомерное поведение потерпевшей, констатированное в описательно-мотивировочной части приговора, оставлено судом без оценки и по нему не высказано каких-либо суждений. Вопреки п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ это обстоятельство не было учтено судом в качестве смягчающего наказание С., мотивы такого решения в приговоре не приведены.

Суд апелляционной инстанции соответствующую правовую оценку данному обстоятельству также не дал и допущенную судом первой инстанции ошибку при назначении осужденному наказания не устранил.

Указанное нарушение уголовного закона президиум признал существенным, повлиявшим на исход дела, поскольку оно повлекло неправильную оценку степени общественной опасности содеянного и личности осужденного, а вследствие этого – определение ему несправедливого наказания.

Таким образом, президиум посчитал необходимым признать обстоятельством, смягчающим наказание С.,противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления, смягчив назначенное С. наказание по ч.1 ст.105 УК РФ до 10 лет 9 месяцев лишения свободы без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

 

 

Постановление президиума от 11 ноября 2015 года.

Дело № 44к-у- 106/15

 

 

4. Правила изложенные в статье 62 УК РФ, применяются при наличии хотя бы одного из перечисленных в пунктах «и» и (или) «к» части 1 статьи 61 УК РФ смягчающих обстоятельств, если при этом отсутствуют отягчающие наказание обстоятельства.

 

Приговором Приокского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 15 октября 2014 года Л. признан виновным и осужден за убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, а также за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное в особо крупном размере.

На основе установленных в приговоре обстоятельств происшедшего действиям осужденного дана верная юридическая оценка по ч.1 ст.105, п. «б» ч.4 ст.158 УК РФ.

Наказание за убийство определено в виде лишения свободы сроком на 10 лет.

Изменяя приговор суда, президиум указал следующее.

Согласно ч.1 ст.6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ при назначении наказания лицу, признанному виновным в совершении преступления, учитываются характер и степень общественной опасности  преступления, личность виннового, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Санкция ч.1 ст.105 УК РФ предусматривает наказание за оконченное преступление в виде лишения свободы на срок от шести до пятнадцати лет.

В соответствии с ч.1 ст.62 УК РФ, при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и (или) «к» части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

При избрании наказания Л. в рамках настоящего уголовного дела суд счел возможным применить положения ч.1 ст.62 УК РФ к каждому из преступлений, в совершении которых Л. признан виновным.

Применительно к преступлению, предусмотренному ч.1 ст.105 УК РФ, толкование указанных норм закона в их системной взаимосвязи позволяет констатировать, что в конкретном случае 10 лет является верхним пределом наказания в виде лишения свободы за данное преступление, совершенное при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и (или) «к» ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств.

По данному уголовному делу судом в качестве обстоятельств, смягчающих наказание признаны: наличие на иждивении малолетних детей, явки с повинной, признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшей, частичное возмещение гражданских исков, состояние здоровья Л.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом не установлено.

Наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ в виде явки с повинной уже само по себе ограничивает суд при назначении осужденному Л. наказания за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, с применением ч.1 ст.62 УК РФ, максимальным пределом в виде 10 лет лишения свободы, однако при наличии других смягчающих наказание обстоятельств оно является несправедливым вследствие чрезмерной суровости.

Кроме того, как установлено материалами дела, Л. 3 апреля 2014 года обратился с заявлением о явке с повинной, в котором сообщил о совершенном им преступлении. После чего Л. был задержан и допрошен в качестве подозреваемого, при этом он дал подробные показания об обстоятельствах убийства потерпевшего Л.

Впоследствии, в своих признательных показаниях, данных при допросах в качестве обвиняемого, а так же при проверке показаний на месте, которые были оглашены и исследованы судом первой инстанции, Л. подробно описал обстоятельства совершенных преступлений: сообщил время, дату, способ и место совершенных им преступлений, чем активно способствовал их раскрытию, указал место нахождения похищенного имущества, чем способствовал следствию в выявлении новых ранее неизвестных фактов содеянного, имеющих существенное значение для установления истины по делу.

Указанные данные, свидетельствующие о позитивном постпреступном поведении Л. в форме его сотрудничества со следствием, также не были приняты во внимание судом первой инстанции при назначении осужденному наказания, тогда как активное способствование раскрытию и расследованию преступления предусмотрено п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ в качестве безусловного обстоятельства, смягчающего наказание.

Таким образом, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений Л. следовало признать обстоятельством, смягчающим его наказание по каждому из преступлений, совершенных в отношении потерпевшего Л. 31 марта 2014 года.

Ввиду изложенного, президиум изменил приговор суда, признав в соответствии с п.п. «и,з» ч.1 ст.61 УК РФ обстоятельством смягчающим наказание Л. по каждому из преступлений от 31 марта 2014 года - активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, назначив Л. наказание с применением ч.1 ст.62 УК РФ.

 

 

Постановление президиума от 18 ноября 2015 года.

Дело № 44к-у- 110/15

 

5. В соответствии с ч.4 ст.18 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 8 декабря 2003 года №162-ФЗ), при признании рецидива преступлений не учитываются судимости за преступления, осуждение за которые признавалось условным, если условное осуждение не отменялось и лицо не направлялось для отбывания наказания в места лишения свободы.

Кроме того, в силу ч. 1 ст. 62 УК РФ, при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и (или) «к» части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

 

Приговором мирового судьи судебного участка Шарангского района Нижегородской области от 23 мая 2014 года Ш. признан виновным и осужден за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества.

Приговор постановлен без проведения судебного разбирательства, в соответствии с требованиями главы 40 УПК РФ.

Вместе с тем, президиум приговор в отношении Ш. изменил, мотивировав свое решение следующим образом.

Согласно ст. 6 УК РФ, наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Как усматривается из приговора мирового судьи судебного участка Шарангского района Нижегородской области от 23 мая 2014 года, суд установил в действиях Ш. рецидив преступлений, предусмотренный ч.1 ст.18 УК РФ, и признал данное обстоятельство отягчающим наказание.

При этом суд исходил из наличия у Ш. судимости по приговору Тонкинского районного суда Нижегородской области от 13 июля 2012 года, которым Ш. был осужден по ч.1 ст.158, п. «б» ч.2 ст.158УК РФ с применением ч.2 ст.69 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, условно, с испытательным сроком 2 года. Условное осуждение постановлением Шарангского районного суда Нижегородской области от 12 февраля 2014 года отменено, Ш. направлен для отбывания наказания в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительную колонию общего режима.

Изменяя состоявшиеся в отношении Ш. судебные решения президиум указал следующее.

На основании ч.1 ст.9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния.

Между тем, как следует из приговора мирового судьи судебного участка Шарангского района Нижегородской области от 23 мая 2014 года, Ш. осужден за преступление, совершенное 10 декабря 2013 года, то есть до отмены условного осуждения по приговору от 13 июля 2012 года.

Однако суд не учел, что в соответствии с ч.4 ст.18 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 8 декабря 2003 года №162-ФЗ), при признании рецидива преступлений не учитываются судимости за преступления, осуждение за которые признавалось условным, если условное осуждение не отменялось и лицо не направлялось для отбывания наказания в места лишения свободы. 

Данное требование закона находится в неразрывной взаимосвязи с приведенными выше положениями ч.1 ст.9 УК РФ и позволяет констатировать отсутствие в содеянном рецидива преступлений в том случае, если условное осуждение по предыдущему приговору на момент совершения лицом нового умышленного преступления отменено не было.

Исходя из изложенного, президиум пришел к выводу об исключении из приговора мирового судьи судебного участка Шарангского района Нижегородской области от 23 мая 2014 года указания о совершении осужденным Ш. преступления в условиях рецидива и признании данного обстоятельства отягчающим наказание, а также к выводу о соразмерном снижении наказания как за совершенное преступление, так и по совокупности приговоров.

Кроме того, в силу ч. 1 ст. 62 УК РФ, при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и (или) «к» части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Правила, изложенные в статье 62 УК РФ, подлежат применению при наличии хотя бы одного из перечисленных в пунктах «и» и (или) «к» части первой статьи 61 УК РФ смягчающих обстоятельств, если при этом по делу не установлены отягчающие наказание обстоятельства.

Как следует из приговора мирового судьи судебного участка Шарангского района Нижегородской области от 23 мая 2014 года в качестве обстоятельства, смягчающего наказание Ш., судом признано возмещение причиненного ущерба.

При таких обстоятельствах президиум, вышеуказанные нарушения уголовного закона признал существенными, в связи с чем пришел к выводу об изменении приговора мирового судьи.

 

Постановление президиума от 18 ноября 2015 года.

Дело № 44к-у- 109/15

 

 

6. Статья 80 УК РФ предусматривает замену более мягким видом наказания той части наказания, которая осталась неотбытой. При замене неотбытой части наказания суд может избрать любой более мягкий вид наказания в соответствии с видами наказаний, указанными в статье 44 УК РФ, в пределах, предусмотренных УК РФ для каждого вида наказания.

В силу положений закрепленных в ч.6 ст.53 УК РФ, ограничение свободы не назначается военнослужащим, иностранным гражданам, лицам без гражданства, а также лицам, не имеющим места постоянного проживания на территории Российской Федерации.

 

Приговором Выксунского городского суда Нижегородской области от 18 февраля 2013 года В. признана виновной и осуждена за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное группой лиц по предварительному сговору, к наказанию с применением ст.64 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев, без штрафа и без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

23 апреля 2015 года осужденная В. обратилась в Ардатовский районный суд Нижегородской области, по месту отбывания наказания, с ходатайством о замене неотбытой части наказания более  мягким видом наказания.

Постановлением судьи Ардатовского районного суда Нижегородской области от 29 мая 2015 года ходатайство осужденной было удовлетворено.

В апелляционном порядке постановление судьи не обжаловано.

Президиум постановление судьи Ардатовского районного суда Нижегородской области от 29 мая 2015 года в отношении В. изменил по следующим основаниям.

На основании ч.1 ст.80 УК РФ лицу, отбывающему лишение свободы, возместившему вред (полностью или частично), причиненный преступлением, суд с учетом его поведения в течение всего периода отбывания наказания может заменить оставшуюся неотбытой часть наказания более мягким видом наказания.

Таким образом, положения данной статьи предусматривают замену более мягким видом наказания той части наказания, которая осталась неотбытой. Согласно ч.3 ст.80 УК РФ при замене неотбытой части наказания суд может избрать любой более мягкий вид наказания в соответствии с видами наказаний, указанными в ст.44 УК РФ, в пределах, предусмотренных УК РФ для каждого вида наказания.

При этом по смыслу закона, срок более мягкого вида наказания, назначенный в соответствии со ст.80 УК РФ, не должен превышать неотбытую часть срока лишения свободы.

Вместе с тем, данные требования уголовного закона при решении вопроса о замене В. неотбытой части наказания в виде лишения свободы, назначенного приговором суда, более мягким видом наказания в виде исправительных работ судьей Ардатовского районного суда Нижегородской области должным образом  учтены не были.

Так, срок исправительных работ, назначенный В. в порядке замены в соответствии с ч.3 ст.80 УК РФ, ограничивается пределами, предусмотренными для данного вида наказания (ч.2 ст.50 УК РФ), и должен исчисляться исходя из фактически оставшегося к отбытию осужденной срока наказания в виде лишения свободы.

Согласно приговору Выксунского городского суда Нижегородской области от 18 февраля 2013 года, срок назначенного В. наказания в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы исчислен с 18 февраля 2013 года. Тем самым, на момент принятия судом решения в порядке ст.80 УК РФ, то есть на 29 мая 2015 года, неотбытая осужденной часть наказания составляла 2 месяца 19 дней.

Вместе с тем, суд первой инстанции, приняв решение о замене В. неотбытой части наказания в виде 2 месяцев 19 дней лишения свободы более мягким видом наказания- исправительными работами на срок 243 дня, составляющими по сути 8 месяцев 3 дня, фактически увеличил не отбытый срок наказания, назначенного осужденной по приговору суда, чем ухудшил ее положение, что является недопустимым.

При этом недопустимо руководствоваться требованиями ч.4 ст.50 УК РФ, так как этой нормой регламентируется порядок определения срока наказания при замене исправительных работ лишением свободы в случаях злостного уклонения от отбывания данного вида наказания, тогда как в случае, предусмотренном ч.1 ст.80 УК РФ, замена на более мягкое наказание, в том числе и на исправительные работы, осуществляется в качестве поощрения осужденного за соблюдение порядка отбывания лишения свободы, изначально избранного приговором суда.

Аналогичным образом, недопустимо и применение ч.1 ст.71 УК РФ, так как эта норма закона регулирует порядок определения срока наказания при сложении наказаний, когда по делу выносится приговор.

При таких обстоятельствах, президиум постановление судьи Ардатовского районного суда Нижегородской области от 29 мая 2015 года в отношении В. изменил.

 

Постановление президиума от 23 декабря 2015 года.

Дело №44к-у-135/2015

 

7. Суд превысил максимально допустимый срок окончательного наказания, нарушив требования ч. 2 ст. 69 УК РФ, в соответствии с которыми окончательное наказание, назначенное по совокупности преступлений небольшой или средней тяжести, не может превышать более чем наполовину максимальный срок или размер наказания, предусмотренного за наиболее тяжкое из совершенных преступлений.

 

Приговором Арзамасского городского суда Нижегородской области от 9 декабря 2014 года Т. признана виновной и осуждена за шесть мошенничеств, то есть хищений чужого имущества путем обмана, совершенных с причинением значительного ущерба гражданину.

Апелляционным постановлением судьи Нижегородского областного суда от 18 февраля 2015 года приговор суда в отношении Т. оставлен без изменения.

Уголовное дело рассмотрено в особом порядке принятия судебного решения согласно требованиям ст.ст. 314-316 УПК РФ.

Действиям Т. судом дана надлежащая правовая оценка.

Президиум состоявшиеся в отношении Т. судебные решения изменил, мотивировав свое решение следующим образом.

Как следует из приговора суда при назначении Т. наказания судом применены не только положения ч.5 ст.62 УК РФ, в соответствии с которыми при рассмотрении уголовного дела в особом порядке наказание за каждое из преступлений не может превышать 2/3 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление; но и требования ч. 1 ст. 62 УК РФ, согласно которым при наличии смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, срок или размер наказания не могут превышать 2/3 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации за каждое из инкриминированных преступлений.

При этом при назначении наказания за каждое из совершенных осужденной преступлений судом соблюдены требования вышеуказанных норм закона, поскольку по ч. 2 ст. 159 УК РФ с учетом положений ч. 5 ст. 62, ч. 1 ст. 62 УК РФ ей не могло быть назначено наказание более 2 лет 2 месяцев лишения свободы.

Однако назначив наказание по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний в виде 4 лет лишения свободы, суд превысил максимально возможное для осужденной окончательное наказание, допустив нарушение требований ч.2 ст.69 УК РФ, в соответствии с которыми наказание, назначенное по совокупности преступлений небольшой или средней тяжести, не может превышать более чем наполовину максимальный срок или размер наказания, предусмотренного за наиболее тяжкое из совершенных преступлений, то есть применительно к Т. 3 года 3 месяца лишения свободы.

При таких обстоятельствах президиум изменил судебные решения, снизив наказание, назначенное осужденной по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности шести преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ.

 

Постановление президиума от 23 декабря 2015 года.

Дело №44к-у-138/15

 

8. Согласно п. 4 ч.1 ст. 308 УПК РФ во взаимосвязи с ч. 7 ст. 302 УПК РФ, в резолютивной части обвинительного приговора суд обязан указать вид и размер наказания, назначенного подсудимому за каждое преступление, в совершении которого он признан виновным.

 

По приговору Л. признан виновным и осужден за мошенничество в сфере кредитования, то есть хищение денежных средств заемщиком путем предоставления НФ ООО КБ «Роспромбанк» и ОАО «Сбербанк России» заведомо ложных и недостоверных сведений, совершенное в особо крупном размере. Помимо этого, Л. осужден за легализацию (отмывание) денежных средств, приобретенных лицом в результате совершения им преступления, то есть финансовые операции и другие сделки с денежными средствами, приобретенными лицом в результате совершения им преступления, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами, совершенные в крупном размере.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Нижегородского областного суда от 22 сентября 2015 года приговор Канавинского районного суда г. Нижнего Новгорода от 26 марта 2015 года изменен: из описательно-мотивировочной части исключено указание суда о назначении Л. вида исправительного учреждения  - исправительной колонии строгого режима как несоответствующего виду ИТУ, указанному в резолютивной части приговора. В остальном приговор оставлен без изменения.

Президиум приговор суда в части осуждения Л. за совершение двух преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159.1 УК РФ, отменил, мотивировав свое решение следующим.

В соответствии с требованиями ст. 297 УПК РФ приговор должен быть  законным, обоснованным и справедливым, то есть постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Статья 302 УПК РФ в части 7 обязывает суд при постановлении обвинительного приговора с назначением наказания, подлежащего отбыванию осужденным, точно определить вид наказания, его размер и начало исчисления срока отбывания.

При этом, согласно п. 4 ч.1 ст. 308 УПК РФ во взаимосвязи с ч. 7 ст. 302 УПК РФ, в резолютивной части обвинительного приговора суд обязан указать вид и размер наказания, назначенного подсудимому за каждое преступление, в совершении которого он признан виновным.

Вместе с тем, данные требования закона судом первой инстанции не выполнены.

Признавая Л. виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159.1 УК РФ, и назначая ему наказание за каждое преступление, суд указал лишь размер наказания, не указав при этом вид наказания, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

В связи с изложенным, президиум констатирует, что наказание осужденному Л. за каждое из указанных преступлений судом фактически не назначено и, следовательно, данное обстоятельство препятствовало дальнейшему разрешению судом вопроса об избрании окончательного наказания по совокупности преступлений.

При этом, последующее указание судом в рамках применения ч. 3 ст. 69 УК РФ на вид наказания «лишение свободы», определяемого по совокупности преступлений, не восполняет и не устраняет допущенное нарушение требований ст. ст. 302, 308 УПК РФ при назначении наказания за каждое из входящих в совокупность преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159.1 УК РФ.

Выявленное президиумом нарушение, допущенное судом первой инстанции при назначении Л. наказания влияет на правосудность приговора, и, исходя из положений ст. ст. 389.17 и 389.22 УПК РФ, не может быть устранено в стадии апелляционного производства, в связи с чем судебные решения в части осуждения Л. за преступления, предусмотренные ч.4 ст.159.1 УК РФ, отменены с направлением материалов уголовного дела на новое рассмотрение именно в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства

Постановление президиума от 23 декабря 2015 года.

Дело №44к-у-136/15

 

ВОПРОСЫ ПРИВЕДЕНИЯ СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ

В СООТВЕТСТВИЕ С ИЗМЕНЕНИЯМИ, ВНЕСЕННЫМИ В ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЗАКАНОДАТЕЛЬСТВО НОВЫМ УГОЛОВНЫМ ЗАКОНОМ

 

1. Согласно ст.10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших уголовно наказуемое деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание.

 

Постановлением судьи Балахнинского городского суда Нижегородской области от 19 марта 2012 года ходатайство осужденного С. о приведении приговора в соответствие с действующим уголовным законом удовлетворено частично: приговор Балахнинского городского суда Нижегородской области от 9 июля 2009 года изменен: действия С. квалифицированы по ч.1 ст.162 УК РФ в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года №420-ФЗ. В остальной части приговор оставлен без изменения.

При этом судом указано на отсутствие оснований к изменению вида и размера наказания за указанное преступление, поскольку наказание С. определено с учетом всех имеющихся по делу обстоятельств и личности осужденного и вследствие этого, является справедливым и обоснованным.

В апелляционном порядке постановление судьи не обжаловано.

Президиум постановление судьи отменил, указав следующее.

Согласно ст.10 УК РФ, уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание.

По смыслу данной нормы, закон предполагает применение общих начал  назначения наказания (ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ), в силу которых в такого рода случаях смягчение наказания должно осуществляться в пределах, определяемых всей совокупностью норм Уголовного кодекса РФ, а именно с учётом как верхнего, так и нижнего пределов санкции соответствующей статьи Особенной  части УК, а также указанных в Общей части УК РФ смягчающих и иных обстоятельств, влияющих на выбор наказания.

Федеральным законом от 7 марта 2011 года №26-ФЗ в ч.1 ст.162 УК РФ были внесены изменения, улучшающие положение осужденного, в частности, из санкции ч.1 ст.162 УК РФ исключен нижний предел наказания в виде лишения свободы.

Переквалифицировав содеянное С. по приговору от 9 июля 2009 года на уголовный закон в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года №420-ФЗ, суд не учел, что пересмотр судебных решений в соответствии со ст.10 УК РФ, предполагает и смягчение наказания в тех случаях, когда из санкции статьи Особенной части УК РФ исключен нижний предел наказания, которое по приговору суда было назначено осужденному за совершенное преступление.

При таких обстоятельствах, требования ст.10 УК РФ районным судом выполнены не в полном объеме, что повлекло признание данного решения неправосудным.

 

Постановление президиума от 11 ноября 2015 года.

Дело № 44к-у-107/15

 

2. В соответствии с положениями ст.56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, за исключением преступлений, предусмотренных ч.1 ст.228, ч.1 ст.231, ст.233 УК РФ, или если соответствующей статей Особенной части УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

 

Постановлением судьи Семеновского районного суда Нижегородской области от 19 января 2012 года ходатайство осужденного Р. в порядке исполнения требований ст.10 УК РФ удовлетворено.

Приговор Борского городского суда Нижегородской области от 22 февраля 2006 года изменен: действия Р. квалифицированы по ч.4 ст.111 УК РФ в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года №26-ФЗ, по которой назначено 9 лет 10 месяцев лишения свободы.

Приговор Борского городского суда Нижегородской области от 29 июня 2006 года изменен, действия Р. квалифицированы:

по ч.1 ст.112 УК РФ в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года №26-ФЗ, по которой назначено наказание в виде 1 года лишения свободы;

по ст.119 УК РФ в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года №26-ФЗ, по которой назначено наказание в виде 1 года лишения свободы;

на основании ч.3 ст.69 УК РФ назначено 5 лет лишения свободы;

в соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ окончательно назначено 13 лет 10 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части состоявшиеся судебные решения оставлены без изменения.

Констатировав необходимость внесения в приговоры Борского городского суда Нижегородской области от 22 февраля и 29 июня 2006 года изменений, связанных с переквалификацией действий осужденного Р. на уголовный закон в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года №26-ФЗ, суд первой инстанции, не учел, что в ч.1 ст.56 УК РФ Федеральным законом от 07 декабря 2011 года №420-ФЗ внесены изменения, в соответствии с которыми наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, за исключением преступлений, предусмотренных ч.1 ст.228, ч.1 ст.231, ст.233 УК РФ, или если соответствующей статьей Особенной части УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

Учитывая, что преступления, предусмотренные ч.1 ст.112 и ст.119 УК РФ, за которые Р. был осужден приговором Борского городского суда Нижегородской области от 29 июня 2006 года, относятся к категории преступлений небольшой тяжести, и приговором суда не установлено отягчающих наказание Р. обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, у суда, разрешавшего ходатайство в порядке ст.10 УК РФ, имелись основания для приведения указанного приговора в этой части в соответствие с Федеральным законом от 07 декабря 2011 года №420-ФЗ, поскольку данным законом внесены изменения, улучшающие положение осужденного, следовательно, праву осужденного на пересмотр приговора в силу нового уголовного закона корреспондирует соответствующая обязанность суда в применении таких норм.

В связи с изложенным, суд не располагал возможностью назначить Р. за преступления, предусмотренные ч.1 ст.112 и ст.119 УК РФ, наказание в виде лишения свободы, однако данное требование закона оставил без внимания, каких-либо суждений в этой части не привел и не выполнил в полном объеме свои обязанности в рамках ст.10 УК РФ при разрешении ходатайства Р.

Допущенное при разрешении ходатайства осужденного Р. нарушение уголовного закона, выразившееся в неприменении в отношении осужденного всех норм закона, влекущих улучшение его положения, при наличии для этого правовых оснований, повлекло отмену президиумом постановленного судебного решения.

Постановление президиума от 11 ноября 2015 года

Дело № 44к-у-108/15

 

 

3. Приводя судебные решения в соответствие с действующим уголовным законом, суд не учел, что исходя из положений ч. 3 ст. 69 УК РФ, окончательное наказание в виде лишения свободы за совершение тяжких или особо тяжких преступлений не может превышать более чем наполовину максимальный срок наказания в виде лишения свободы, предусмотренный за наиболее тяжкое преступление.

Постановлением судьи Семеновского районного суда Нижегородской области от 7 апреля 2008 года ходатайство осужденного Б. о приведении состоявшихся судебных решений в соответствие с изменениями, внесенными в уголовное законодательство удовлетворено.

Приговор Нижегородского областного суда от 17 февраля 1999 года и определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 31 мая 1999 года в отношении Б. изменены: действия переквалифицированы с п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции 1996 года) на ч.1 ст.158 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года №162-ФЗ), из осуждения исключен квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину», наказание по ч. 1 ст. 158 УК РФ снижено до 2 лет лишения свободы. Постановлено считать Б. осужденным приговором Нижегородского областного суда от 17 февраля 1999 года по ч. 1 ст. 158 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года №162-ФЗ) к 2 годам лишения свободы, ч.2 ст.318 УК РФ (в редакции 1996 года) к 6 годам лишения свободы, ч.1 ст.105 УК РФ (в редакции 1996 года) к 13 годам лишения свободы. В соответствии с ч.ч.3, 5 ст.69 УК РФ, окончательно назначено наказание в виде 23 лет 6 месяцев лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Нижегородского областного суда от 18 июля 2008 года постановление судьи оставлено без изменения.

Приговором Нижегородского областного суда от 17 февраля 1999 года Б. признан виновным и осужден по ч.1 ст.105 УК РФ к 13 годам лишения свободы, по ч.2 ст.318 УК РФ к 6 годам лишения свободы, по п. «г» ч.2 ст.158 УК РФ к 4 годам лишения свободы. В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ назначено наказание в виде 17 лет лишения свободы, на основании ч.5 ст.69 УК РФ, - в виде 24 лет лишения свободы.

При этом на момент постановления приговора суд исходил из действующей редакции ч.3 ст.69 УК РФ, согласно которой по совокупности преступлений окончательное наказание в виде лишения свободы не может быть более 25 лет.

Вместе с тем, Федеральным законом от 8 декабря 2003 года №162-ФЗ в ч.3 ст.69 УК РФ внесены изменения, согласно которым окончательное наказание в виде лишения свободы не может превышать более чем наполовину максимальный срок наказания в виде лишения свободы, предусмотренный за наиболее тяжкое из совершенных преступлений. По этим же правилам назначается наказание по ч.5 ст.69 УК РФ.

Применительно к осуждению Б. данная норма закона ограничивала возможность избрания ему наказания по совокупности преступлений 22 годами 6 месяцами лишения свободы, поскольку наиболее тяжким из инкриминируемых ему преступных деяний являлось деяние, предусмотренное ч.1 ст.105 УК РФ, санкция которой предусматривает лишение свободы на срок от шести до 15 лет.

Таким образом, ч.3 ст.69 УК РФ в новой редакции в отличие от старой редакции ч.3 ст.69 УК РФ, по правилам которой осужденному назначено окончательное наказание по приговору от 17 февраля 1999 года, позволяла применить более льготный порядок определения максимально возможного размера наказания по совокупности преступлений, за которые был осужден Б., то есть улучшала положение осужденного, в связи с чем, в силу ст. 10 УК РФ, вопрос о ее фактическом применении подлежал безусловному обсуждению судом.

При этом, окончательный размер наказания по совокупности преступлений, назначенный Б. по ч.ч. 3, 5 ст.69 УК РФ приговором Нижегородского областного суда от 17 февраля 1999 года, подлежал обязательной коррекции с учетом изменений, внесенных в ч.3 ст.69 УК РФ Федеральным законом от 8 декабря 2003 года №162-ФЗ.

Допущенное при разрешении ходатайства осужденного Б. нарушение уголовного закона, выразившееся в неприменении судом нового уголовного закона при наличии для этого правовых оснований, явилось существенным, повлиявшим на исход дела, что повлекло отмену президиумом постановленных судебных решений.

 

Постановление президиума от 23 декабря 2015 года

 

Дело №44ку-137/15

Поделиться ссылкой на данный материал в социальных сетях

Submit to DeliciousSubmit to DiggSubmit to FacebookSubmit to Google BookmarksSubmit to StumbleuponSubmit to TechnoratiSubmit to TwitterSubmit to LinkedIn

Поиск по сайту